Введение. Цифровая информационная среда характеризуется существенным разнообразием и может выполнять широкий спектр функций: от пространства формирования идентичности и социальной оценки в подростковом возрасте до инструмента решения практических задач и поддержания социальной включенности в молодом и взрослом возрасте. Однако, на сегодняшний день существует дефицит исследований, посвященных конкретным аспектам информационного поведения молодых людей и стратегиям его осуществления.

Цель. Изучение мотивов информационного поведения в разных возрастных группах.

Материалы и методы. Выборку составили 456 человек в возрасте от 13 до 25 лет (80% женщины).  Для исследования особенностей информационного поведения использовалась авторская методика «Стратегии информационного поведения» (Абакумова и др.). Сравнительный анализ был реализован при помощи непараметрических критериев Манна-Уитни и Крускала-Уолиса с использованием апостериорного теста попарного сравнения Данна и поправки на множественные сравнения Холма.

Результаты исследования. Результаты показали, что выраженность мотивов использования интернета варьирует в зависимости от возраста и пола. Младшая группа (13–15 лет) отличается большей интенсивностью информационного поведения по большинству исследуемых показателей. Также удалось установить, что в младших возрастных группах преобладает выраженная направленность на социально-коммуникативные и развлекательные формы активности, тогда как с возрастом усиливается прагматическая направленность использования сети («Интернет для поиска информации/подготовки»: F = 28,733; p < 0,001). При этом в группе девушек можно отметить более устойчивый интерес к пользовательском контенту и совершению покупок в интернете, в том время как коммуникативные мотивы младшей группе достоверно выше, как для юношей, так и для девушек (p_Holm < 0,05).

Обсуждение результатов. Полученные данные в целом согласуются с представлениями о возрастной динамике информационного поведения. Более высокая интенсивность использования интернета в младших группах может быть связана с особенностями развития саморегуляции и когнитивного контроля. Гендерные различия отражают устойчивые паттерны цифровой социализации: у девушек отмечена большая вовлеченность в социальный и коммерческий контент, у юношей — склонность к более специализированным и, в ряде случаев, деструктивным формам активности. Результаты подчеркивают необходимость учета возрастных и гендерных факторов при анализе цифрового поведения.

Введение. Современное информационное общество характеризуется глубокой интеграцией интернет-пространства во все сферы жизнедеятельности человека. Интернет превратился в полноценную среду обитания, социализации, профессиональной и учебной деятельности, самореализации личности. Это закономерно актуализирует перед психологической наукой задачу осмысления того, как различные формы взаимодействия с сетью влияют на личность, какие психологические особенности характеризуют интернет-активных пользователей и как трансформируются ценностно-смысловые, когнитивные и аффективные сферы под воздействием цифровой среды.

Цель. Изучение психологических особенностей интернет-пользователей с разными стратегиями информационного поведения.

Материалы и методы. В исследовании приняли участие 387 респондентов в возрасте 18–25 лет. Были применены следующие методики: «Стратегии информационного поведения» (Абакумова и др., 2021), «Опросник временной перспективы» Ф. Зимбардо, «Опросник совладания со стрессом» (COPE), «Шкала интернет-зависимости» Чена. Статистическая обработка включала кластерный анализ (k-средних), непараметрические тесты Краскела–Уоллиса и попарные сравнения Данна.

Результаты исследования. Кластерный анализ позволил выделить три группы пользователей: 1) пассивно-конструктивная (наименее вовлеченные пользователи); 2) активно-конструктивная (ориентированные на построение онлайн-идентичности и социальное одобрение); 3) активно-деструктивная (с преобладанием деструктивных мотивов, сочетающихся с отдельными прагматическими побуждениями). Установлено, что респонденты всех групп демонстрируют высокую направленность в будущее и ориентацию на гедонистическое настоящее (вероятно, обусловлено возрастом). В группе с активно-конструктивной стратегией выявлено стремление к поиску эмоциональной поддержки в интернет-среде как дополнительного ресурса совладания. Респонденты с деструктивной стратегией отличаются высокой потребностью в получении удовольствия и низкой способностью к рефлексии прошлого опыта, что обусловливает обращение к интернету для отреагирования негативных эмоций и ухода от реальных проблем. Активные стратегии (как конструктивные, так и деструктивные) связаны с более высоким риском формирования интернет-зависимости, тогда как пассивно-конструктивная стратегия характеризуется большей психологической устойчивостью. Наиболее уязвимой группой являются респонденты с активно-деструктивной стратегией, демонстрирующие высокую включенность в интернет-среду, навязчивое желание постоянно находиться в сети, трудности управления временем и внутриличностные проблемы.

Обсуждение результатов. Ключевым фактором, определяющим психологическую безопасность пользователя в интернет-среде, является не столько интенсивность использования сети, сколько качественное своеобразие мотивационной основы и психологическое содержание осуществляемой активности. Полученные результаты могут быть использованы для разработки дифференцированных программ профилактики интернет-зависимости и повышения информационно-психологической безопасности пользователей.

Введение. Переживание ситуации жизненного кризиса сопровождается несоответствием (противопоставлением) устойчивого личностного смысла значениям такой ситуации, разрушая данный смысл. Вследствие этого возникает необходимость восстановить разрушенные смыслы, такие как установка, цель, действие и мотив, чтобы обрести психологическую устойчивость. Также восстановления требуют и их характерные значения, такие как векторное, эмоциональное, ценностное и потребностное. Переосмысливая такое несоответствие, личность формирует интегрированный личностный смысл – смысл переживания значений объекта и разрушенный устойчивый смысл субъекта. Происходит его сознавание через опредмечивание, определяя смысловой предмет отношения личности к переживанию ситуации жизненного кризиса. Начинается работа механизма смысловой регуляции посредством смыслового выбора при инициации смыслов в смысловом образовании. Создается компонент «готовность сделать смысловой выбор», восстанавливается смысл «установка». Личность осмысливает, что с ней происходит и что ей надо в дальнейшем сделать, какие смыслы восстановить, определяя векторность на такие изменения и создавая смысловое ядро личности.

Цель. Выявить компонент «готовность сделать смысловой выбор» как личностную готовность на смысловой выбор в исследуемых группах.

Материалы и методы. В данном исследовании были применены десять методик, направленных на диагностику совладающего поведения респондентов, особенностей переживания ими смысложизненного и психологического кризиса, реагирования на ситуацию изменений, их индивидуального стиля принятия решений, смысложизненных ориентаций, уровня субъективного контроля и саморефлексии. Также в рамках проведения данного исследования была разработана авторская методика «Готовность сделать смысловой выбор (ГССВ)» (Абакумова И. В., Заболотько А. А.), направленная на диагностику смысла «установка».

Результаты исследования. Определив нормальность распределения при помощи статистического критерия Шапиро-Уилка (W), применив корреляционный анализ при помощи параметрического линейного критерия Пирсона (χ²) и факторный анализ, был выявлен компонент «готовность сделать смысловой выбор» в контрольной группе, участники которой переживают ситуацию жизненного кризиса.

Обсуждение результатов. Выявленный компонент «готовность сделать смысловой выбор», как восстановленный смысл «установка», определяет основу работы механизма смысловой регуляции посредством смыслового выбора при инициации смыслов, фиксируя переход от переосмысления к осмыслению через сознавание. Компонент «готовность сделать смысловой выбор» определяет основу механизма смысловой регуляции посредством смыслового выбора при инициации смыслов, расширяя эмпирические знания о механизме процессов осмысления.

Введение. В современном высшем образовании, в частности медицинском, сохраняется неопределенность в понимании и измерении компетенций. Распространенные теории часто сводят компетенции к сумме знаний, умений и навыков, не учитывая их динамические характеристики и предметную отнесенность. Такой подход не учитывает их динамическую, системную природу и зависимость от конкретного профессионального контекста, что затрудняет формирование и оценку компетенций, необходимых для инновационной деятельности.

Цель. Проверка гипотезы о том, что компетенции инновационной деятельности студентов-медиков представляют собой функционально-динамическую систему, проявления и взаимосвязи которой трансформируются в зависимости от этапа и решаемых предметных задач.

Материалы и методы. Пилотное исследование проводилось на базе Тюменского медицинского университета в рамках дополнительной образовательной программы. Оценка компетенций осуществлялась дважды (в начале и в конце учебного года) с использованием комплекса методов: стандартизированных тестов для оценки мышления, эмоционального и социального интеллекта, саморегуляции; тестирование в системе TEZAL; ассесмент по модели компетенций проектной деятельности и самооценки. Для анализа данных применялись корреляционный, факторный и регрессионный анализ.

Результаты исследований. В исследовании приняли участие 26 студентов. Результаты показали, что связи между оцениваемыми компетенциями (целеопределение, рефлексия, анализ ситуации, самоопределение, проблематизация, организация, коммуникация, самоорганизация) и устойчивыми личностными характеристиками не являются статичными. На разных этапах проектной работы выявлены различные паттерны корреляций. Регрессионный анализ продемонстрировал перестройку структурных взаимосвязей между компетенциями от первого ко второму измерению. Например, на первом этапе ключевыми были связи внутри блоков операциональных и субъектных компетенций, а на втором – усилилась роль компетенции «анализ ситуации».

Обсуждение результатов. Полученные результаты свидетельствуют, что компетенции инновационной деятельности проявляют свойства гибкой, самоорганизующейся функционально-динамической системы, адаптирующейся к требованиям задачи и этапу работы. Это прямо указывает на несостоятельность их изолированной, статичной оценки. Практическая значимость исследования заключается в обосновании принципиально нового подхода к оценке и формированию компетенций в медицинском образовании: он должен быть контекстно-зависимым и процессуальным. Результаты открывают путь к разработке более адекватных оценочных процедур и образовательных траекторий, целенаправленно развивающих способность будущих врачей к гибкой интеграции компетенций в реальной инновационной практике.

Введение. Рефлексивность, жизнестойкость и психологическое благополучие рассматриваются в научной литературе как ключевые ресурсы личности, особенно значимые для студентов педагогических профилей подготовки, вовлеченных в волонтерскую деятельность. Данные феномены играют важную роль в успешной социализации и профессиональном становлении будущих педагогов. Однако, если изолированное влияние этих качеств на эффективность добровольческой деятельности частично освещено в литературе, то вопрос о взаимосвязях и специфике их совместного проявления у обучающихся педагогических профилей подготовки остается открытым и требует специального исследования.

Цель. Исследовать взаимосвязь рефлексивности, жизнестойкости и психологического благополучия у обучающихся педагогических профилей подготовки, занятых волонтерской деятельностью.

Материалы и методы. Основными инструментами исследования выбраны методики: «Методика диагностики уровня развития рефлексивности» (А.В. Карпова), «Тест жизнестойкости» С. Мадди (в адаптации Д. А. Леонтьева), методика «Шкала психологического благополучия» К. Рифф (в адаптации Т. Д. Шевеленковой, Т. П. Фесенко). Для проверки статистической значимости при сравнении двух независимых групп испытуемых (обучающихся с опытом волонтерской деятельности и без него) был использован U-критерия Манна-Уитни. Для выявления взаимосвязей между рефлексивностью, жизнестойкостью и психологическим благополучием внутри каждой из групп был использован корреляционный анализ с использованием коэффициента ранговой корреляции Спирмена, для определения предикторов психологического благополучия был применен регрессионный анализ.

Результаты исследования. Исследование ответов респондентов (n=206) позволило установить статистически значимые различия в уровне рефлексивности и жизнестойкости между обучающимися, вовлеченными в волонтерскую деятельность, и обучающимися, не имеющими опыта реализации добровольческих практик. Выявлены корреляционные связи между компонентами жизнестойкости и показателями психологического благополучия, опосредованные уровнем рефлексивности респондентов двух групп.

Обсуждение результатов. Показано, что волонтерская деятельность выступает фактором, активизирующим рефлексивные процессы и способствующим формированию устойчивых связей между личностными ресурсами и психологическим благополучием будущих педагогов. Полученные результаты могут быть использованы при разработке программ психолого-педагогического сопровождения профессионального развития студентов педагогических профилей подготовки и оптимизации условий их вовлечения в добровольческие практики.

Введение. В условиях стремительной цифровизации, распространения гибридных форматов занятости и интеграции искусственного интеллекта профессиональная среда претерпевает фундаментальные изменения. Эти процессы формируют контекст высокой неопределенности, где традиционные карьерные сценарии теряют эффективность, а на первый план выходит способность личности к автономной навигации в профессиональном пространстве. Несмотря на очевидную актуальность темы, существующие психологические подходы рассматривают мотивационные и регуляторные механизмы самореализации изолированно, что создает существенный пробел в понимании динамики выбора стратегий поведения. Отсутствие интегративных моделей затрудняет объяснение того, как внутренние ресурсы трансформируются в готовность к действию в условиях внешних ограничений.

Цель. Теоретически обосновать интегративную модель мотивационной готовности, которая синтезирует модель баланса «хочу–могу–надо» и теорию самодетерминации для описания процесса самореализации в условиях неопределенности

Интегративная модель мотивационной готовности: от сравнительного анализа к компонентной структуре. Выявлены точки интеграции модели «хочу–могу–надо» и теории самодетерминации. Предложена четырехкомпонентная структура мотивационной готовности, включающая мотивационно-смысловой («хочу», «надо») и регуляторно-инструментальный блоки («могу», «принятие решения»). Дифференцирован компонент «надо» как континуум форм регуляции – от экстернальной до интегрированной, что позволяет объяснить, при каких условиях внешние требования становятся ресурсом, а не барьером самореализации.

Связь типов мотивационной готовности со стратегиями самореализации. Выделены два типа мотивационной готовности – автономный и контролируемый, – и теоретически обоснована их связь со стратегиями самореализации.

Обсуждение результатов. Интеграция моделей позволяет перейти от описания статичных свойств личности к анализу динамического процесса выбора стратегий самореализации. Дифференциация компонента «надо» объясняет условия, при которых внешние требования становятся ресурсом, а не барьером. Ключевым условием продуктивной самореализации выступает качество автономной интеграции внешних требований в сочетании с развитым регуляторным потенциалом личности. Предложенная модель создает теоретическую основу для эмпирических исследований и разработки программ психологического сопровождения профессионального развития в условиях высокой автономии и неопределенности.

Введение. В условиях социально-экономической неопределённости, изменений привычного образа жизни и жизненных сценариев Я-Возможное приобретает особую значимость как способ осмысления и планирования жизненной перспективы личности. Теоретический анализ показывает, что содержание и структура Я-Возможного, а также его отличия от других измерений Я-концепции остаются разработанными неравномерно и требуют дальнейшего уточнения.

Цель. Обобщение содержательного и структурного аспектов Я-Возможного на основе теоретического анализа.

Теоретический обзор. С момента введения понятия «Я-Возможное», и изучения желаемого и избегаемого Я-Возможного, оно было расширено за счёт выделения дополнительных видов, что позволило усилить объяснительный потенциал данного измерения. Это, в частности, дало возможность объяснить парадокс одновременной стабильности и изменчивости Я, а также прояснить сложный и нелинейный характер взаимосвязи между Я-концепцией и поведением личности.

Отмечается, что Я-Возможное соотносится с различными сферами жизнедеятельности личности и может актуализироваться как одновременно, так и в разные временные периоды.

Обсуждение результатов. Показано, что содержание Я-Возможного представляет собой многомерную организацию представлений личности о себе в перспективе возможного будущего, включающую когнитивный и эмоциональный компоненты. Данные представления различаются по ценностно-смысловой направленности, временной перспективе, степени реалистичности, детализированности и субъективной значимости. Отмечено, что структура Я-Возможного раскрывается в связях между его компонентами взаимосвязях с другими измерениями Я-концепции, прежде всего с Я-Будущим и Я-Идеальным, в соотношении различных видов Я-Возможного, их связи с личностными целями, поведенческой регуляцией, индивидуально-психологическими особенностями, уровнями организации и психологическими состояниями. Наряду с этим, Я-Возможное выполняет интегративную функцию, связывая представления о будущем с текущим опытом и поведением личности.

Заключение. Изучение Я-Возможного имеет практическое значение, поскольку позволяет глубже понять, каким образом представления личности о возможном будущем связаны с её мотивацией, выбором целей и особенностями поведения.

Введение. Задержка речевого развития (ЗРР) представляет собой массовое нарушение речевого онтогенеза в раннем возрасте, которое на сегодняшний день диагностируется у значительной части современных детей. В работе анализируется негативное влияние пассивного экранного времени на психомоторное развитие и описывается механизм обратной связи: поведенческие трудности ребенка с ЗРР вынуждают родителей использовать гаджеты как средство контроля, что закрепляет негативную динамику и препятствует коррекции.

Цель. Выявление взаимосвязи между показателями психомоторной зрелости у детей с диагностированной ЗРР в возрасте 2–4 лет и количеством экранного времени.

Методы и материалы. В исследовании приняли участие 79 семей с детьми 2–4 лет (37 детей с ЗРР, 42 – контрольная группа). Для сбора данных использовалась авторская анкета для родителей, изучающая время использования гаджетов детьми (просмотр экранов и фоновый шум), и психодиагностическая методика «ГНОМ» Г. В. Козловской, позволяющая комплексно оценить психомоторное развитие, включая сенсорный профиль, моторику, познавательную сферу, речь и социальное взаимодействие.

Результаты исследования. Корреляционный анализ позволил выявить, что и регулярное экранное время, и использование телевизора в качестве фонового шума достоверно отрицательно коррелируют с уровнем психомоторного развития детей 2–4 лет с ЗРР. В частности, регулярное экранное время демонстрирует отрицательную взаимосвязь с общим уровнем психомоторного развития и его компонентами, включая сенсорное, моторное, познавательное (в том числе речь) и социальное развитие. Использование телевизора как фонового шума также отрицательно коррелирует со всеми вышеуказанными компонентами, а также с эмоционально-волевой сферой.

Обсуждение результатов. Трудности взаимодействия при ЗРР заставляют родителей использовать гаджеты как средство успокоения, что лишает ребенка полноценного речевого опыта и усиливает нарушения. Возникает «порочный круг»: дефицит развития ведет к избытку экранов, а те – к еще большему усугублению дефекта. Для прерывания этой динамики необходима экологизация медиасреды семьи и разработка персонализированных стратегий, учитывающих индивидуальные особенности ребенка и семейную ситуацию.

Введение. Статья направлена на изучение особенностей компонентов когнитивного развития в группах младших школьников с проблемным использованием интернета и младших школьников без проблемного использования интернета. Значимость исследования подчеркивается анализом нормативных документов, регламентирующих получение образовательных результатов в младшем школьном возрасте. Социальная ситуация развития современных детей определяется использованием интернета в повседневной жизни, чрезмерность которого может негативно сказаться на когнитивном развитии младших школьников.

Цель. Определить особенности когнитивного развития младших школьников с проблемным использованием интернета.

Материалы и методы. В исследовании был использован следующий диагностический инструментарий: опросник «Индекс погруженности в интернет-среду» Л. А. Регуш и др.; методика «Корректурная проба» (Тест Бурдона); методика «Заучивание 10 слов» (А. Р. Лурия); психодиагностическая методика «Словесные субтесты» (методика Э. Ф. Замбацявичене). Обработка данных проводилась с применением U-критерия Манна-Уитни.

Результаты исследований. Выборку эмпирического исследования составили обучающиеся четвертых классов (10–11 лет) МАОУ города Ростова-на-Дону «Школа № 22 имени дважды Героя Советского Союза Баграмяна И. Х.» в количестве 78 человек. По результатам диагностики уровня погруженности в интернет-среду были выявлены две группы респондентов, примерно одинаковые по количественному показателю: младшие школьники с проблемным использованием интернета; младшие школьники без проблемного использования интернета. В группе младших школьников с проблемным использованием интернета отмечается ряд особенностей когнитивного развития по сравнению с младшими школьники без проблемного использования интернета: более низкий уровень развития словесно-логического мышления; более высокий уровень концентрации и устойчивости внимания; более высокие показатели кратковременной и долговременной памяти.

Обсуждение результатов. Статистическая обработка полученных данных позволила выявить значимые различия по исследуемым параметрам: показателям кратковременной, долговременной памяти; устойчивости и концентрации внимания; уровня развития словесно-логического мышления младших школьников с проблемным использованиям интернета и без проблемного использования интернета. Достоверных статистических различий не выявлено при анализе данных по показателю объема внимания на исследуемой выборке. Результаты нашего эмпирического исследования согласуются с выводами других ученых о неоднозначном влиянии использования интернета в младшем школьном возрасте. Полученные данные могут быть использованы специалистами, осуществляющими образовательную деятельность, при разработке программ и занятий коррекционно-развивающего и просветительского характера по проблеме безопасного поведения младших школьников в сети Интернет.

Введение. В период средней взрослости у управленцев наблюдается повышенная вероятность карьерных кризисов, требующих пересмотра ригидных жизненных сценариев. Актуальность исследования обусловлена необходимостью выявления психологических ресурсов, обеспечивающих мотивацию к подобным изменениям. В настоящее время недостаточно изучена связь мотивации к изменению жизненного сценария с конкретными карьерными ориентациями.

Цель. Разработка и эмпирическая верификация комплексной модели мотивации к изменению жизненного сценария у управленцев старше 35 лет с разными карьерными планами.

Материалы и методы. В исследовании приняли участие 90 управленцев, разделённых на две группы: с выраженными карьерными планами (n = 54) и без таковых (n = 36). Применён комплекс психодиагностических методик: авторский опросник жизненных сценариев, опросник драйверного поведения (Т. Калер), методика диагностики родительских предписаний (Р. Дрего), тест смысложизненных ориентаций (Д. А. Леонтьев). Для проверки гипотез использованы многомерный дисперсионный анализ (MANOVA), дисперсионный анализ (ANOVA) и корреляционный анализ.

Результаты. Результаты MANOVA показали статистически значимое влияние карьерной ориентации на совокупность показателей жизненных сценариев. Управленцы, планирующие карьеру, демонстрируют более высокие показатели по адаптивным сценариям «Испытания Геракла» и «Филемон и Бавкида», а также по драйверам «Будь совершенным» и «Будь сильным». В группе без карьерных планов доминируют дезадаптивные сценарии «Сизифов труд» и «Танталовы муки», а также драйвер «Старайся». Выявлены значимые положительные корреляции конструктивных драйверов с внутренней мотивацией и отрицательные корреляции дезадаптивных сценариев с готовностью к изменениям.

Обсуждение результатов. Полученные данные подтверждают, что жизненные сценарии и драйверные паттерны выступают значимыми психологическими детерминантами карьерной мотивации. Выявленные конфигурации «адаптивный сценарий – конструктивный драйвер» и «дезадаптивный сценарий – драйвер “Старайся”» углубляют понимание механизмов личностной и профессиональной трансформации в зрелом возрасте. Результаты имеют практическую значимость и могут быть внедрены в коучинг и организационное консультирование для разработки адресных программ психологического сопровождения управленцев.

Введение. Статья посвящена изучению взаимосвязи интернет-зависимости с особенностями взаимоотношений со сверстниками у подростков, в частности, сих социометрическим статусом, занимаемым ими в коллективе сверстников. Интернет-зависимость подростков искажает процесс общения со сверстниками, так как чрезмерное погружение в виртуальный мир может приводить к замене реального общения, трудностям в развитии социальных навыков, эмпатии и, как следствие, к социальной изоляции и проблемам в построении здоровых отношений. Анализ проблемы интернет-зависимости в подростковом возрасте позволяет выявить риски ухода от реальности, снижения социальной адаптации и утраты контроля над временем, нарушения взаимоотношений со сверстниками.

Цель. Выявление интернет-зависимости в подростковом возрасте и изучении ее взаимосвязи с социометрическим статусом в группе сверстников.

Материалы и методы. В эмпирическом исследовании были использованы тест на интернет-зависимость Кимберли Янг (InternetAddictionTest, IAT), адаптация В.А. Лоскутовой; анкетирование родителей, направленное на выявление родительской оценки времени, проводимого ребенком в интернете, характера его онлайн-активности, а также родительского взгляда на влияние интернета на ребенка и его социальные связи; социометрический эксперимент. Обработка полученных данных проводилась с помощью коэффициента ранговой корреляции Спирмена.

Результаты исследования. В результате исследования была выявлена значительная распространенность проблемы чрезмерного увлечения интернетом среди подростков: более половины опрошенных (55%) попали в группу риска или имели выраженные признаки интернет-зависимости. Анализ анкетирования родителей подтвердил высокую степень вовлеченности подростков в онлайн-активность, часто со значительными временными затратами, также показал сложности в установлении родительского контроля. По результатам исследования, 38,3% подростков попали в группу риска, демонстрируя чрезмерное увлечение интернетом и наличие связанных с ним проблем. У 16,7% были выявлены признаки выраженной интернет-зависимости. Исследование особенностей взаимоотношений подростков со сверстниками показало типичное для данного возраста распределение социометрических статусов, однако выявило существенную долю подростков, занимающих низкие статусные позиции, что указывает на наличие у них трудностей в интеграции в коллектив сверстников. 

Обсуждение результатов. Анализ результатов позволил сделать вывод, что подростки с более высоким уровнем интернет-зависимости имеют тенденцию занимать более низкое положение в системе межличностных отношений в группе сверстников, что согласуется с данными исследований последних лет, однако этот феномен нуждается в дополнительном изучении.

Введение. В статье представлено пилотное эмпирическое исследование, направленное на оценку эффективности комплексной программы педагогического сопровождения профессионального выбора у подростков с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ). Актуальность исследования обусловлена повышенной уязвимостью данной группы к социальной и профессиональной маргинализации вследствие барьеров в образовании, ограниченного доступа к трудовым практикам и недостаточной подготовленности традиционных систем профориентации к учёту индивидуальных потребностей.

Цель. Выяснить, влияет ли адаптированная программа сопровождения на показатели профессиональной готовности и профессиональной самоэффективности, а также на субъективную удовлетворённость процессом сопровождения.

Материалы и методы. В пилотной версии использовался рандомизированный контролируемый дизайн: 150 подростков с ОВЗ были распределены на интервенционную группу (n = 75), получавшую восьминедельную программу сопровождения, и контрольную группу (n = 75), получавшую стандартную школьную профориентацию. Основные измерения включали шкалу профессиональной готовности и шкалу профессиональной самоэффективности (предтест и посттест), а также шкалу удовлетворённости сопровождением (посттест). В качестве методов анализа использовались описательная статистика, независимые t‑тесты для сравнения величины изменений, ANCOVA с контролем за исходным уровнем и оценка размера эффекта (Cohen’s d). В статье представлены данные пилотного исследования с подробным описанием методики, процедур интервенции и этических соображений, что делает работу полезной в качестве методологического руководства для последующих эмпирических проектов.

Результаты исследования. Полученные результаты демонстрируют существенное повышение профессиональной готовности и самоэффективности в интервенционной группе по сравнению с контролем, что поддерживает гипотезу о положительном влиянии целенаправленного педагогического сопровождения.

Обсуждение результатов. В заключении обсуждаются практические следствия для интеграции программ сопровождения в школьную практику и направления для будущих многоместных и долгосрочных исследований, ориентированных на реальные выборки и отсроченные исходы (трудоустройство, адаптация в професcиональной среде). Ограничения исследования связаны с использованием данных и обобщением результатов для лиц с различными типами ОВЗ.